Неточные совпадения
Образовался новый язык — получеловечий, полуобезьяний, но во всяком случае вполне негодный для выражения каких бы
то ни было
отвлеченных мыслей.
Но этот духовный закал личности и народа совсем не
то, что внешнее применение
отвлеченных идей к жизни.
Историческая динамика предполагает нарушение экилибра и
того, что уже слишком привыкли считать справедливым, предполагает прохождение через
то, что может показаться несправедливым, признание ценностей иных, чем ценность
отвлеченной, охраняющей справедливости.
Ныне мышление на эту
тему не может уже быть столь
отвлеченным и безответственным.
Я все время имею в виду не демократические программные требования и задания, которые заключают в себе некую правду и справедливость, а
тот дух
отвлеченной демократии,
ту особую общественную метафизику и мораль, в которой преобладает внешнее над внутренним, агитация над воспитанием, притязательность над ответственностью, количества над качествами, уравнительная механика масс над творчеством свободного духа.
Если для осуществления совершенно справедливого социального строя и счастия людей нужно замучить и убить несколько миллионов людей,
то главный вопрос совсем не в цели, а в применяемых средствах, цель уходит в
отвлеченную даль, средства же являются непосредственной реальностью.
Духовно возрожденный человек и народ по-иному будут делать политику, чем
те, что провозглашают внешние абсолютные принципы и
отвлеченные начала.
Поистине всякий человек есть конкретный человек, человек исторический, национальный, принадлежащий к
тому или иному типу культуры, а не
отвлеченная машина, подсчитывающая свои блага и несчастья.
И это объясняется прежде всего
тем, что традиционное сознание интеллигенции никогда не было обращено к исторически-конкретному, всегда жило
отвлеченными категориями и оценками.
Вместе с
тем это есть и порабощение всей относительной исторической жизни извне навязанными абсолютными и
отвлеченными началами.
Прочтя нагорную проповедь, всегда трогавшую его, он нынче в первый раз увидал в этой проповеди не
отвлеченные, прекрасные мысли и большею частью предъявляющие преувеличенные и неисполнимые требования, а простые, ясные и практически исполнимые заповеди, которые, в случае исполнения их (что было вполне возможно), устанавливали совершенно новое устройство человеческого общества, при котором не только само собой уничтожалось всё
то насилие, которое так возмущало Нехлюдова, но достигалось высшее доступное человечеству благо — Царство Божие на земле.
Давай, и я стану также теоретизировать, тоже совершенно попусту, я предложу тебе вопрос, нисколько не относящийся ни к чему, кроме разъяснения
отвлеченной истины, без всякого применения к кому бы
то ни было.
А если этот человек находит все-таки хорошее удовлетворение своей потребности,
то и сам он не должен рисковать; я предположу, в смысле
отвлеченном, что он не хочет рисковать, и говорю: он прав и благоразумен, что не хочет рисковать, и говорю: дурно и безумно поступит
тот, кто станет его, нежелающего рисковать, подвергать риску.
А я вспомнил и больше: в
то лето, три — четыре раза, в разговорах со мною, он, через несколько времени после первого нашего разговора, полюбил меня за
то, что я смеялся (наедине с ним) над ним, и в ответ на мои насмешки вырывались у него такого рода слова: «да, жалейте меня, вы правы, жалейте: ведь и я тоже не
отвлеченная идея, а человек, которому хотелось бы жить.
Рассматривая и ее как
отвлеченное время, мы, в сущности, не встречаем логических препятствий к
тому, чтобы раздвинуть это время в бесконечность, по крайней мере со стороны будущего, ибо это
отвлеченное время ведь не знает смерти, представляющей собой как бы конец самого времени.
Жизнь святых, подвижников, пророков, основателей религий и живые памятники религии: письменность, культ, обычай, словом,
то, что можно назвать феноменологией религии, — вот что, наряду с личным опытом каждого, вернее вводит в познание в области религии, нежели
отвлеченное о ней философствование.
Эта немецкая пародия на платонизм не считается достаточно с
тем фактом, что греческое умозрение не было
тем отвлеченным философствованием «чистого», т. е. оторванного от корней интуиции, обедненного разума, какое выработалось на германской почве.
Нахождение, живое приобщение к Истине явилось бы
тем самым и преодолением философии, ибо сама философия проистекает из
той расщепленности бытия, его неистинности, при котором мышление оказывается обособленной областью духа, — «
отвлеченным».
Если же миф есть событие,
то и мыслить его надо сугубо реалистически: иначе сказать, в мифе речь идет не об
отвлеченных понятиях, но о самих реальностях.
То, что в философии зовется идеями, живущими своей собственной диалектической жизнью, в мистическом прозрении представляется как некоторые сущности, родовые и вместе индивидуальные, качества, имеющие не только
отвлеченную значимость, но и конкретное бытие.
Отвлеченный гнозис есть функция ego, между
тем как Божья заповедь повелевала преодолеть этот эгоцентризм в любви супружеской, космической, божественной.
Механическая слепка немецкого церковно-ученого диалекта была
тем непростительнее, что главный характер нашего языка состоит в чрезвычайной легкости, с которой все выражается на нем —
отвлеченные мысли, внутренние лирические чувствования, «жизни мышья беготня», крик негодования, искрящаяся шалость и потрясающая страсть.
Склонность моя к
отвлеченным размышлениям до такой степени неестественно развила во мне сознание, что часто, начиная думать о самой простой вещи, я впадал в безвыходный круг анализа своих мыслей, я не думал уже о вопросе, занимавшем меня, а думал о
том, о чем я думал.
В продолжение года, во время которого я вел уединенную, сосредоточенную в самом себе, моральную жизнь, все
отвлеченные вопросы о назначении человека, о будущей жизни, о бессмертии души уже представились мне; и детский слабый ум мой со всем жаром неопытности старался уяснить
те вопросы, предложение которых составляет высшую ступень, до которой может достигать ум человека, но разрешение которых не дано ему.
В метафизических рассуждениях, которые бывали одним из главных предметов наших разговоров, я любил
ту минуту, когда мысли быстрее и быстрее следуют одна за другой и, становясь все более и более
отвлеченными, доходят, наконец, до такой степени туманности, что не видишь возможности выразить их и, полагая сказать
то, что думаешь, говоришь совсем другое.
Преодоление «
отвлеченных начал» и есть
то, что Гегель называет Aufhebung.
Но совершенно верна была его мысль, что нельзя рассматривать
то, что он называл «
отвлеченными началами», как зло, грех и заблуждение.
— Нет, князь, не поймет! Аглая Ивановна любила как женщина, как человек, а не как…
отвлеченный дух. Знаете ли что, бедный мой князь: вернее всего, что вы ни
ту, ни другую никогда не любили!
«Но ведь я мужчина! Ведь я господин своему слову. Ведь
то, что толкнуло меня на этот поступок, было прекрасно, благородно и возвышенно. Я отлично помню восторг, который охватил меня, когда моя мысль перешла в дело! Это было чистое, огромное чувство. Или это просто была блажь ума, подхлестнутого алкоголем, следствие бессонной ночи, курения и длинных
отвлеченных разговоров?»
Крушение гегельянства, этой титанической гордыни философии, было вместе с
тем кризисом
отвлеченной философии, поражением рационализма.
Та же
отвлеченная духовность — в гностической мистике Индии.
Те, которые прошли через Достоевского, не могут и не должны вернуться к мистике субъективной и индивидуалистической, к «чистой»,
отвлеченной и неизреченной мистике переживаний, всегда лишенной корней церковных и национальных.
Из священного гнозиса превратилась философия в полицейский распорядок
отвлеченной мысли, в охрану, в градоначальство, к которому обращаются за разрешением устроить
то или иное в царстве мысли и познания.
Схоластическое богословие и есть разобщение с тайнами религиозной жизни, оно свидетельствует о
том, что опыт религиозный иссяк, и подменяет опыт
отвлеченным мышлением.
Протестантизм, порвав с объективным бытием, перевел человека в мир внутренней субъективности и
тем породил крайнюю,
отвлеченную духовность.
Учение о богочеловечестве Христа, христологические догматы — факты, мистические факты вселенской истории, а не теории, не умственные доктрины, не
отвлеченные построения, как
то хотят представить рационалисты.
— Вы уж слишком меня хвалите, а случилось там только
то, что вы слишком любите
отвлеченные разговоры. Вы, вероятно, очень долго перед этим молчали.
Я был убежден, что Васин считает этого господина ни во что, но что объяви я
то же мнение, и он тотчас же с серьезным достоинством заступится и назидательно заметит, что это «человек практический, из людей теперешних деловых, и которого нельзя судить с наших общих и
отвлеченных точек зрения».
Говорили мы во все это время,
то есть во все эти два месяца, лишь о самых
отвлеченных предметах.
Преимущественно мы говорили о двух
отвлеченных предметах — о Боге и бытии его,
то есть существует он или нет, и об женщинах.
Так как в основании этой своеобразной морали лежит отношение к человеку, к живому существу, к личности, а не к
отвлеченному добру,
то она носит в высокой степени динамический характер.
Общеобязательность заключается лишь в
том, чтобы каждый поступал неповторимо индивидуально, т. е. всегда имел перед собой живого человека, конкретную личность, а не
отвлеченное добро.
Когда человек сознал себя свободным и творческим духом, он
тем самым поставил разрешение трагических конфликтов жизни в зависимость от своей свободы и своего творчества, а не от
отвлеченного принятия однообразного, общеобязательного закона.
Такая одинаковая, не знающая личности любовь и есть
то, что Розанов назвал стеклянной любовью и что в святоотеческой литературе иногда называют духовной любовью, любовью,
отвлеченной от мира душевного, от всякой индивидуальности и конкретности.
Любовь к Богу должна быть бесконечной, но когда она превращается в любовь к
отвлеченной идее Бога,
то она истребительна в своих последствиях.
Алкание истины и правды заслуживает блаженства, но когда истина и правда превращаются в
отвлеченную идею, враждебную всему живому, личному и конкретному,
то последствия этого бывают истребительны и злы.
И все дело тут в
том, что критика познания, рефлексия разума над самим собой есть жизненный опыт, а не
отвлеченная теория, за которую она себя выдает.
На этом пути вместе с
тем окончательно преодолевается идолопоклонство, которое всегда остается в
отвлеченном монотеизме.
Любовь к человеку не должна иметь границ, но когда она превращается в
отвлеченную любовь к идее человека или человечества, делается идолопоклонничеством,
то она истребительна и зла.
Тогда она требует отречения и жертвы всяким творческим вдохновением, хотя бы
то было вдохновение любви к ближнему, во имя
отвлеченной идеи личного совершенства и богопослушания.